В то время как Ананси стал неофициальным национальным героем афро-ямайской бедноты, Раста стали первыми карибскими Африканцами, оторвавшимися от этой традиции и старающимися развивать альтернативную контркультуру и довольно самобытную философию. В ямайском фольклоре Братец Ананси описывается как “маленький лысый человечек с тонким голоском, лебезящий перед теми, кто сильнее его”. Раста – это просто те чёрные, которые устали играть эту роль “лысоголовых ананси”.

Итак, Раста предпочли в качестве альтернативного идеала образ африканского льва. Лев символизирует возвращение в Африку – возврат к чёрной самобытности, чёрной созидательности и идеалам “Вечной Жизни”. Он символизирует возрождение Древних Африканских вибраций, идеалов и самовосприятия. Лев стал символом этой реальной духовной силы, выражающейся в сознании “I” или Африканской души. Африканский лев символизирует часть тех же идеалов и стремлений чёрных, которые когда-то олицетворял Ананси, но лев – более подходящий идеал для народа, шествующего воинственным маршем прямо к полной и окончательной самореализации и самоидентификации.

При подробном исследовании Раста становится ясно, что всеприсутствующим символом движения на самом деле является лев с дредом. Дред Раста – символическая реинкарнация или подражание Льву в человеческом облике как на физическом, так и на духовном плане. Во всех бесчисленных разновидностях своего внешнего вида Раста сохраняют облик, власть, силу и бесстрашие, приходящие с отождествлением себя со львом, несмотря на всё то, что века лишало “I” его естественного человеческого выражения. Но это – лишь символический уровень.

Леонизм – даже больше, чем Хаиле Селассие, которого называют “Победительный Лев Иудейский” (см. пророка Исайю – В.) или “человек-лев с Горы Сион”. Внешний облик льва укоренился в сознании Раста даже прочнее, чем образ Императора – лев всё чаще и чаще открыто признаётся носителем идеалов и сущности движения Раста. Даже у не-Растафарианской части населения Ямайки львы непосредственно стали ассоциироваться с Раста. После свержения Императора Эфиопии с Трона военной хунтой 13 сентября 1974г. тотем Льва (сам по себе) приобрёл ещё большее значение. Некоторые группы Раста зарабатывают деньги продажей всевозможных изображений льва. На Ямайке Лев словно бы проснулся и вырвался из своей клетки, и теперь весь народ ждёт, что он нанесёт удар. Свободный дух Льва здесь словно витает всюду. На самом деле в этом отразился спонтанный взрыв ожиданий мистических вспышек насилия на Ямайке в момент, когда четыре семёрки “столкнутся” или “встретятся”, т.е. 7.07.1977. Народ приписывал это предсказание Гарви, и правительство приняло его настолько всерьёз, что в ожидании этого “столкновения” (нападения Льва!) мобилизовало армию. Продолжают ходить слухи, что именно лев в один прекрасный день зажжёт “пламя Наябинги” на Ямайке.

Изображение Льва украшает дискотеки Раста, их жилища, студии звукозаписи и музыкальные магазины, машины, афиши и вообще произведения искусства. Он всегда находится на переднем плане сознания Раста. Раста поют о льве как о повседневной реальности своей жизни. Лев соседствует с изображением Императора или даже занимает его место как тотем силы Его Императорского Величества Хаиле Селассие. Такие “ортодоксальные” Раста, как 12 Колен Израиля, и даже Теократическое Правительство Хаиле Селассие I, возглавляемое Jah Lloyd, используют Льва как вдохновляющий символ. Ассоциация Движение Растафари, возглавляемая Gil Tucker, издаёт журнал Rasta Voice, используя для него Льва в качестве логотипа.

Хаиле Селассие в Своей личности и фазах Своей жизни проявлял некоторые качества, делавшие Его ярким примером Раста-Льва. Сам Хаиле Селассие считал Африканского Льва обладателем более высокой, чем у Него, духовной силы, а также и абстрактным, и конкретным символом идеалов народов Африки. Поэтому Хаиле Селассие старался объединить свою власть и дух с властью и духом Льва. Вход в Его дворец охраняли огромные статуи львов, сам Он гордился, что у Него есть ручные львы. Среди Раста бытовало множество рассказов о львах, свободно разгуливавших и рычавших вокруг дворца Его Величества. Джозеф Оуэнс в своей книге Dread замечает, что “Раста даже вывели теологию льва и агнца, считая, что агнца, упоминаемого в книге Откровения, теперь сменил лев как более адекватный символ Мессии” (стр.123). Но Оуэнс не стал развивать и углублять эту тему.

В свете важности для Раста образа Льва следует рассматривать Хаиле Селассие I как часть более широкой и более глобальной философии леонизма, как “жреца” духовной силы Льва, в своей конкретной индивидуальной форме обладающего отчасти этой духовной силой.


Нет комментариев, но ты можешь быть первым

Получить комментарии в RSS

Оставьте комментарий