Распространение культуры Раста на Антигуа, Барбадосе, Сент-Томасе, Сент-Киттсе и Тринидаде раздражало государственных чиновников, которые тратили силы на споры о способах подавления этой подвижной силы. В более гомогенных общест-вах политиков сдерживал позитивный пример гренадской революции. Именно эти общества активнее других призывали к выборам на Гренаде, и именно в этих общест-вах полиция стала активнее преследовать Раста. Когда правительство Барбадоса сносило поселения Раста, Janet Tafari с Барбадоса и другие девушки-Раста заяв-ляли, что Раста хотят выйти на более высокие ступени развития общества, чем неразумное подражание Европе. На Антигуа полиция почти до смерти избила одного молодого человека и засадила его в сумасшедший дом, так как для проевропейского сознания Раста действительно выглядят сумасшедшими.

Движение Раста на Тринидаде даёт некоторое представление о том, сколь сложны отношения между типом национализма, представленным Раста, и обществом в целом. Активный рост влияния Раста на Тринидаде создаёт серьёзные противоречия вследствие сложности межрасовых отношений, сложившихся за эпоху рабства и контрактного труда. Специфике расовых проблем на Тринидаде и в Гайане свойственны две отличительные черты. Во-первых, основные расовые противоречия наблюдаются между двумя небелыми народами; во-вторых, обоих эксплуатирует иностранный капитал и его туземные посредники. Эти черты отличают ситуацию на Тринидаде и в Гайане от ситуации, например, на Ямайке, где население более гомогенно и угнетение легко описывается расовыми понятиями. Расовые противоречия в прошлом использовали политические лидеры африканской и индийской мелкой буржуазии, что привело к кровопролитию и насилию в Гайане.

Расовая идентификация, ярким представителем которой являются Раста, представляет собой разновидность чёрного национализма и содержит диалектиче-ский набор позитивных и негативных идей. Раста на Тринидаде, среди грязи и ни-щеты, явили силу этого движения угнетённого народа, когда там появилось замет-ное количество Раста среди индусов, что подтверждает самоидентификацию индийской молодёжи с культурой сопротивления молодёжи африканской. Эта молодёжь – уязвимое место хаотического капиталистического общества – собственными глазами видит наглядный пример провала капитализма. В отличие от тех обществ, которые просят помощи, лучше валютой, для своего развития, Тринидад откладывает около 3 млрд. американских долларов в швейцарские банки – ведь все основные капита-листические силы пользуются Тринидадом для возврата в оборот нефтедолларов. Правительство Уильямса показало себя неспособным обеспечить народу нормальный уровень медицинского обслуживания и санитарных условий для школьников, домов для бедноты, пищи для всех нуждающихся. Во всех областях общественной жизни Тринидада наблюдаются признаки гниения, при этом в экономике временами наблю-дается полный застой, изредка перемежающийся короткими периодами роста, из-за оставшейся без изменений колониальной экономической инфраструктуры. Дорожные службы, общественный транспорт, водоснабжение и подача электричества, системы канализации и водоотвода – всё это судорожно функционировало лишь время от времени, а в это время мелкая буржуазия вкладывает 24 млн. восточно-карибских долларов в строительство кондиционируемого ипподрома с бассейнами для лошадей.

Движение Растафари состояло из тех молодых людей, которые не могли обречённо принять жизнь среди политического оппортунизма и посредственностей, не веря в перспективность правительственной программы занятости под названием DEWD (Development and Environmental Works Division). Их сопротивление состав-ляло часть более широкой традиции сопротивления, а именно истории рабочего движения на Тринидаде. Это движение, боровшееся за демократическое право сво-боды собраний и забастовок, сопротивлялось усилиям различных политиков с помощью аппарата подавления и расовой демагогии обеспечить политическое господство мелкой буржуазии. С историей восстаний и других проявлений политической актив-ности рабочего класса на Тринидаде могло соперничать лишь проявление культуры рабочих в форме калипсо, служившее для народа средством выражения своих политических чаяний. Вышедшие из народа певцы калипсо, такие как Chalkdust, the Mighty Stalin и Lord Valentino, пели песни протеста, раскрывая межклассовые отношения в обществе и показывая тем самым всю незначительность калипсо, посвящённых сексу и супружеской неверности.

С ростом рядов Раста и подъёмом популярности среди бедноты музыки реггей некоторые певцы калипсо стали использовать эти новые музыкальный формы. Особенно это относится к Лорду Валентино, объявившему себя Раста и продолжавшему выдавать свои критические комментарии по поводу господства Соединённых Штатов на Карибах. The Mighty Stalin в 1979г. посвятил Раста своё калипсо, назвав его Caribbean Man:

“De Federation done dead
And Carifta going to dead
But de call of the Rastafari
Spreading through the Caribbean
It have Rasta now in Grenada
It have Rasta now in St Lucia
But to run Carifta, yes you getting pressure
If the Rastafari movement spreading
and Carifta dying slow
Den is something dem Rasta done
That dem politicians don’t know.

So dey pushing one common intention
For a better life in de region
For de women and de children
That must be the ambition of the
Caribbean Man”.

Представители индийской интеллигенции, боявшейся перспектив единства такого типа, который отстаивали молодые Раста, разразились серией критических статей, направленных против “сталинского” (Сталина тринидадского – В.) понятия Карибского Человека. Упрекая калипсо в расизме и порнографии, они разжигали рознь, посеянную в обществе колониалистами – рознь по расовому признаку, а не между угнетателями и угнетёнными. Так они выражали свой страх перед силой Раста, так как государство сознавало потенциал движения и старалось не допустить объединения Раста с левыми силами и организованным движением рабочего класса. Большинство Раста Тринидада прошло через движение Чёрной власти и присоединилось к Растафари через реггей. Движение Раста на Тринидаде балансировало между вариантом Гренады и учением о божественности бывшего эфиопского монарха. Эта последняя тенденция создавалась активистами с Ямайки, участвовавшими в органи-зации празднования Юбилея (50 лет Растафари – В.) на Тринидаде, который был одной из тех стран, кроме Ямайки, где чёрная молодёжь всё ещё почитала Хаиле Селассие.


Нет комментариев, но ты можешь быть первым

Получить комментарии в RSS

Оставьте комментарий