Главным средством, как это водится для мистиков всех времен, была марихуана (каннабис, ганджа, на местном диалекте – Кайя – вспомнили одноименный альбом Боба Марли?). Мотивировка – та же, что и во времена Колриджа, Россетти, Готье или Бодлера. очень похоже на Тимоти Лири: недаром его ученица американский антрополог с говорящей фамилией Кэрол Йони защитила диссертацию, обосновывающую опыт расты в борьбе с “колониальным” левополушарным мышлением, связывающую ритуальное употребление растаманами “травы мудрости” с символизмом мышления, установлением связи между реальностью и миром гармонии.

В книге “Боб Марли своими собственными словами”, вышедшей в Англии в прошлом году, размышления и суждения великого растамана насчет индийской конопли выделены в отдельную главу. Это не случайно, т.к. для растамана “травка” – предмет религиозного поклонения, со ссылкой на Писание (Быт. 1:12; 3:18; Исход 10:12; Пс.104:14) под ней понимается любое упоминание флоры в авторитетных текстах. В интервью журналу “Роллинг Стоун” Боб Марли говорил:”Когда ты куришь траву, это открывает тебе твою собственную суть. Все твои недостойные поступки открываются тебе травкой – это твоя совесть, и она дает тебе честную картину самого себя. травка заставляет тебя предаться созерцательному размышлению … это всего лишь природный продукт, и она растет, подобно дереву”. А вот что пишет журнал британских растаманов: “Посредством священной травы, которую создатель дал человеку для пищи (духовной) ЕГО слуга отделяет себя от Вавилона, даже находясь посреди него. Человек очищает храм свой, воскуривая в нем этот божественный фимиам. Эта трава есть причащение Я и Я (так называет себя “братия растафари” – Н.С.) к Джа, к Псалмам, чтобы изгнать порочные понятия их Живой Церкви человека ( по представлениям расты человек – сам себя храм, поэтому культовые сооружения излишни, – Н.С.) и преградить Вавилону дорогу назад. И хотя Система борется с травой, она не может помешать расте пользоваться этим божественным средством очищения, чтобы возносить хвалу Джа Растафари”. Далее говорится о том, что без священной травки человек остается в Вавилоне безоружным, а курение лишь время от времени небольшого косячка тоже в век всеобщего осквернения не спасает: надо регулярно превращать себя в Храм огня, возжигая священный фимиам. Надо сказать, что при всем при том растаманы очень заботились о своем здоровье, особенно налегая на естественный рацион питания, и отличаются долголетием: видимо, сказывается запрет на курение табака и спиртное, марихуана же употребляется в чисто ритуальных целях и не совмещается с более сильными наркотиками.

Листик марихуаны – столь же излюбленный символ растафари, как и Звезда Давида и Лев Иудейский. На альбомах рэгги музы- канты обязательно либо в клубах дымка, либо в зарослях конопли, либо с листиком на майке. В последние годы растафари вызывает симпатии забубенной богемы всего мира, организовав при спонсорстве журнала “Блэк Мьюзик” с участием ведущих групп рэгги кампанию “Легализуйте марихуану!” (“Легализуйте ее!” назывался альбом Питера Тоша) и стараниями координатора всего начинания Энди Корнуэлла провела несколько “Международных конференций за каннабис”. А уж сколько альбомов и песен рэгги посвящено этой щепетильной теме! Наряду с Маркусом Гарви, Джа Растафари и свободой Африки марихуана – любимая тема рэгги.

Другим важным средством раскрепощения сознания считалось самодеятельное искусство. каждый “браток” стремился писать стихи, рисовать, ваять, заниматься народными промыслами, но главное – петь и танцевать. поэт и художник Рас “Т” говорит:”Для меня искусство – это то, что объединяет человечество. Как растаман, я гуманист, и в искусстве я хочу объединить человечество. У искусства есть могущество, чтобы освободить человека от определенных тягот, вызванных его образом жизни. Человек, рожденный в гетто, не может позволить себе быть всего лишь “живописцем по воскресным дням” ( т.е. дилетантом, любителем – Н.С.), вся его жизнь вовлечена в распространение его идей: растафаризм, политика, Черная культура и все такое… Для меня искусство – это единое космическое сознание. То, как вы любите, как вы живете, даже как вы ненавидите: даже негативные выражения вашей личности подразумевают определенные артистические формы. Поэтому я действительно не отделяю мое искусство от других сфер моей жизни…Религиозные же аспекты искусства на деле не привязаны к одной какой-то теме. Что бы вы ни делали – все это может быть религиозным. нельзя сказать, что вот, мол, это мое произведение – растафаристское, а вот это – нет; всякий художественно выраженный образ может быть религиозным, это зависит от настроя вашей медитации в момент его зарождения. Растафаризм выражается не в физическом образе, а в духовном понятии… Художники – пионеры духа. Мы,более молодое поколение растафари, должны сохранять наследие прошлого…Мы – те, кто должен добавить новые богатства в сокровищницу Черной культуры…”

Рас Сэм Браун говорит:”Для меня поэзия – это говорящий во мне внутренний голос Бога. Когда я пишу стихи, это Бог взывает через мое сердце. Для меня поэзия – это настройка на частоту божественной волны. В поэзии я собираюсь донести свое послание до угнетенных” *5 ” Мы из трущобного города, – пел Боб Марли, – мы освободим свой народ музыкой, музыкой рэггей”…

Самая броская внешняя черта растамана – для посторонних это стало визитной карточкой растафари – длинные локоны, скрученные в косицы. По задумке братии из Пиннакля, это была древняя эфиопская прическа, делавшая африканцев былых времен гордыми и непобедимыми, похожими на Льва Иудейского. Львиная грива действительно придает растаманам неповторимую импозантность.

Локоны шокировали цивильных граждан, окрестивших их “дрэдлокс” (“ужасные патлы). Растаманы подхватили словцо, назвав себя “дрэдлокс”, “Дрэдс” или же “нэтти дрэдс” (“нэтти” – искаж. Англ. “курчавый”, презрительное прозвище чернокожего, вывернутое растаманами наизнанку). Оболваненный же европейской цивилизацией чернокожий, стремящийся стать “черным европейцем”, был прозван “CRAZY BALDHEAD” (“лысая балда”).

До конца 50-х растаманов воспринимали на Ямайке со страхом и брезгливостью, как “Белое братство” юсмалиан у нас. Помимо марихуаны, развевающихся дрэдлокс и люмпенского вида, обывателя перепугали два символических захвата Кингстона растаманами и несколько ажиотажей, вызванных слухами о переселении в Африку: на набережных собирались живописные толпы растаманов, босяцкие лохмотья которых были красного, золотого и зеленого цветов (цвета эфиопского флага, символ расты), внимательно вглядываясь в даль, не плывут ли посланные Хайле Селассие корабли. Неприятное впечатление производило на горожан и пламенное краснобайство братии, способность часами витийствовать на самые мудреные темы (.

Несмотря на гневные пророчества относительно скорого краха Вавилона, братия состояла из добродушных и славных людей. Братская любовь и доброжелательность, как-то даже слишком непротиворечиво сочетавшаяся с ожиданием кошмарного конца Западной цивилизации, стали основой нравственного учения растафари. Труд считался в принципе похвальным делом – но не на Систему Вавилона (стремясь в слове вскрыть суть, раста переименовывает все и вся, в частности, найдя словцо “SHITSTEM” вместо “SYSTEM”). Карьера, участие в политике и прочая суета считались делом гнусным. Позой растамана стала спокойная величавость, мудрое достоинство, основанное на понимании мистического промысла Джа Растафари, великого таинства африканской мистики *6, неучастие в “крысиных гонках” копошащейся Системы. Девизом, приветствием и молитвой растафари стали слова “PEACE and LOVE”.

Вот отрывок из “Книги Бытия” растафари, написанной Расом Сэмом Брауном:”Мы, растафариане, предназначены освободить не только рассеянных по свету эфиопов, но всех вообще людей, животных, травы и все другие формы жизни”. Основные же заповеди расты (“Моральный кодекс”) Рас Сэм Браун сформулировал так:

* Необходимо соблюдать вегетарианство, хотя иногда разрешается есть мясо, кроме свинины, моллюсков и т.д.
* Мы поклоняемся лишь Растафари и никаким другим богам, объявляя вне закона все формы язычества, хотя и относясь с уважением ко всем верующим.
* Мы любим и уважаем человеческое братство.
* Мы отвергаем ненависть, ревность, зависть, обман, вероломство, предательство и т.д.
* Мы не принимаем ни наслаждений, предоставляемых нынешним обществом, ни его пороков.
* Мы призваны установить в мире порядок, основанный на братстве.
* Наш долг – протянуть руку милосердия любому брату в беде, в первую очередь тому, кто из ордена растафари, во вторую – любому: человеку ли, животному ли, растению и т.д.
* Мы придерживаемся древних законов Эфиопии.
* Не соблазняйся подачками, титулами и богатствами, которыми в страхе будут тебя прельщать враги; решимость тебе придаст любовь к растафари.

Собственность в идеале должна была быть общей для всей братии.

Вот как отозвался о растафари белый ямайский аристократ: “За всей этой фундаменталистской белибердой стоит, однако, здравая психологическая истина. В 20-е годы на Ямайке чернокожему, если он хотел спасти самоуважение, жестоко попираемое безумными расовыми предрассудками, оставались открытыми лишь два пути. С одной стороны, он мог попытаться пробиться наверх и стать чем-то вроде “черного джентельмена”. Многие пытались, но безуспешно. Или же он мог просто самоустраниться от общества, которое оскорбляло его, создать религию, культуру и образ жизни, которые, полностью исключая белого человека и дела рук его, ставят его самого вне досягаемости пренебрежительного отношения белых и пропитанных предрассудками мнений, основанных на европейских ценностях… В какой-то мере растафаризм был лучшим путем. Растаманы исповедовали любовь, мир и согласие между людьми и расами. Освободившись от ежедневного воздействия доктрин превосходства белой расы, они достигли уверенности в себе и сбросили бремя, постоянно гнетущее более “респектабельных “чернокожих”.

Троица понималась братией как триединство Создателя Джа. Избавителя Джа Растафари и Братии Растафари (т.е. Бог – в каждом из растаманов). Джа понимался также как Природа, Естественность, противостоящие искусственности Западной цивилизации – недаром растаманы не носят синтетику как “материал Вавилона”, а периодика растафари пестрит рекламой натуральных одежд из волокон конопли.

Рас Маркус на вышедшей два года назад на американской студии “РАС” (RAS – Real Authentic Sound) пластинке “Олдовые растафари” (“Rastafari Elders”) говорит:”Мы хотим, чтобы вы поняли, в чем смысл растафари. Мы здесь для того, чтобы сделать мир лучше – музыкой и песнями, любовью и единением, и мы будем творить все добро, какое только сможем… Когда все это свершится, мы сожжем все оружие, все орудия зла и вновь превратим землю в обитель мира, которой она была когда-то. И потоки радости и счастья, доброты , любви и единения потекут по вселенной, как воды, покрывающие море. Потому что мир и любовь должны покрыть землю, как воды покрывают моря. Во имя Джа Растафари!Мир”. Природа, воплощенная в Джа, – это космическая творящая сила, выраженная в Слове. Все люди, как дерево из семени, вышли из Слова.

Отсюда – сознательное хитроумное словотворчество, словесная магия растафари. Из смеси просторечия, библейской и “философской” лексики братия создала свой язык – I-Language, или Dread-talk. Богатая символика и игра в переосмысление звучания слов делает песни рэггей похожими на камлание, текст становится заумью, загадочной и невразумительной, зато дает простор интуитивному переживанию и чувствованию. Характерная черта I-Language – наделение мистической силой слова “Я”(“I”) как символа приобщенности каждого человека к Джа. В “I” видели и символ “порядкового номера” императора, чье имя воспринималось как “Хайле Селассие Ай”, и знак возвышенности и внутренного зрения ( по звучанию слов “high” и “eye”). “Я” как знак личностного начала заменяет и объектный падеж местоимений, себя же братия называет “Я и Я”. По возможности “I” вставляется во все “хорошие” слова: Ithiopia, Iquality, Inity вместо Ethiopia, equality, unity.

Естественность, интуитивность и спонтанность “эфиопской” культуры выражается словами “корни” и ” вибрация”. “Вибрация” – непосредственное постижение сущности бытия, доступное лишь растаману ( в 60-е это словцо было популярно и среди хиппи) – это еще и медитация под “травку” и ритуальные “барабаны наябинги” с сомнамбулическим замедленным синкопированным ритмом, поэтому и изначальный, незамутненный попсой саунд рэгги называется “вибрацией корней”.

“Вибрация корней” родилась из старинной ямайской музыкальной формы африканского происхождения бурра, приспособленного для ритуальных церемоний растафари “ризонингс” братком Иовом. В 1949 г. Каунт Осси создает группу “Мистическое Откровение Растафари”, аккомпанировавшую ритуальным песнопениям. Браток Лав (Любовь) сопровождал выступление проповедью Мира и Любви. Вокруг группы сплотились музицирующая часть братии, создавшая “Общину и культурный центр Каунта Осси”. Сюда потянулась все артистическая богема Ямайки, и вскоре группы музыкантов-растаманов стали возникать десятками (среди самых старых “Мэйталз”, “Огни Сабы”, “Рас Майкл и Сыновья Негуса”). Заодно растафари становится модным стилем жизни творческих кругов острова, по крайней мере, их богемной части, а уж среди музыкантов – поголовно.

Но “вибрация корней” – это еще не совсем рэгги. Прежде, чем из песнопений братии рождается рэггей, сама раста переживает переход в иную – субкультурную – ипостась.

Параллельно растафари на Ямайке сложилась полукриминальная молодежная трущобная субкультура “руд бойз” или “рудиз” (“крутые ребятки”). В растафари руд бойз увидели как бы идеологическое обоснование своей неприкаянности и ненависти к Системе, а пугающая мирных граждан символика стала знаком вызова истэблишменту. Почти в одночасье руд бойз от поножовщины перешли к любви и братанию, а вместо соперничающей группировки стали ненавидеть Вавилон, отпустив дрэдлокс и приобщившись вместо рома к “травке”.

Появление огромного количества растаманов, которым было плевать на Хайле Селассие I (вернее, для которых мифический Джа Растафари и эфиопский монарх никак не сопрягались), а репатриация воспринималась как возвращение к своей истинной сущности, к “эфиопской” культуре без каких-либо переездов, огорчила стариков. Интервью и брошюрки ортодоксальных растаманов полны сетований на то, что молодежь лишь внешне копирует стиль и лексику расты, а религиозный сути ее не понимает. Тем не менее, престав быть – по крайней мере, всерьез – культом и превратившись в субкультуру молодежи, раста смогла единственной среди тысяч подобных афрохристианских сект превратиться в поп-феномен, всемирную моду, затронув своим влиянием миллионы. Это, конечно, не значит, что миллионы в африканской диаспоре и среди городской молодежи Африки отпустили дрэдлокс и надели трехцветный красно-желто-зеленый прикид и линялые джинсы. В субкультуре главное не концентрация, а сила косвенного воздействия. Самое существенное, что в итоге остается от нее, всегда происходит не в самом центре, среди идущих до конца, а около, среди “сочувствующих”. Потому что их в сотни раз больше.. Может, тем он и держится.

Но это уже совсем другая история, к которой мы еще вернемся, но уже в следующий раз.

А пока, чтобы не утомлять собственными субъективными суждениями, приведу несколько выдержек из пространных и слегка напыщенных (как-никак о божественной музыке речь) высказываний теоретика расты нового поколения Джа Боунса – просто как свидетельство:” Нет сомнений, музыка рэгги сыграла весьма значительную роль, донеся послание растафари до широкой аудитории по всему свету …На рубеже 70-х рэггей была полностью в руках певцов, инструменталистов и продюсеров-растаманов. А на рынке рэгги уже преобладали растаманы или симпатизирующие им… Музыка рэгги наставляет и просвещает, и многие, очень многие черные юноши воспитаны на ней. Исполнители рэгги усердно и с успехом стараются развить самосознание черной молодежи относительно ее культурной и духовной самобытности, корней ее традиций и истории, мерзких и унизительных социальных условий, в которые ее поставил Вавилон… Так рэггей стала музыкой растаманов, и нет сомнений, что потому-то именно эта музыка так популярна и почитаема. В результате множество исполнителей рэггей стали звездами и суперзвездами. самой прославленной, любимой и уважаемой звездой рэггей был Боб Марли. Но что касается распространения вероучения, философии и доктрины расты, то тут участвовало столько растаманов, что не составит труда перечислить многих, потрудившихся своими записями и интервью наравне с братом Бобом. Например, Каунт Осси и Мистическое Откровение Растафари, Биг Ют, Рас Майкл и Сыновья Негуса, Абиссинцы, Питер Тош, Банни Уэйлер, Уинстон Родни (“Пылающее копье”), Линвал Томпсон, Чью Мандел и другие, посвятившие себя взывающей к сознанию рэгги корней, воспитывающей в духе возвышенных ценностей. Для тех из черной молодежи начала 70-х, кто стремился не отождествлять себя с культурными ценностями Вавилона, а отыскать свою подлинную африканскую самобытность, песни и музыка певцов рэгги были путеводителем….Рэгги учит черную молодежь тому, чему ее не обучают ни дома, ни в школе, ни в церкви…Брат Боб Марли, несомненно… заставил бесчисленное число людей на всех континентах уважать и признавать расту и более того – принять веру в Джа Растафари.”

Раста – это порыв уйти, вернее, вернуться к своей подлинной сути, бежав из Вавилона “домой”, на свою духовную родину.

Во-первых, растафари предлагает уйти из Вавилона , не нагадив и хлопнув дверью, а весело и с легкой душой. Как писал 26/IV 1976 г. в “Вашингтон пост” Лэрри Ретер о концерте Марли “непосвященному это могло показаться не рок-концертом, а политическим митингом или религиозным действом. Видение Откровения и революции, присущее Бобу Марли, вероятно, никогда не осуществится, но если да, то это будет апокалипсис, под который можно танцевать”.

Во-вторых, общим был и путь ухода – через Революцию в Сознании. К слову, так в растафари со временем стали понимать репатриацию – как духовное возвращение к себе. Как вспоминает Джа Боунс, “Я и Я использовали психологическую силу воображения, чтобы создать альтернативное общество – прямо здесь, в этом дворике”.

Не надо менять конституцию – Прочисть-ка собственные мозги!” Боб Марли так комментировал свои песни:”Когда мы говорим о потоке и разграблении, мы не имеет в виду материальные вещи, мы хотим выжечь огнем иллюзии капиталистического сознания”.Да что там – еще Предтеча Маркус Гарви говаривал:”Освободите сознание людей – и вы освободите, в конце концов, их тела”.*16 В-третьих, – всем понятно, что в-третьих. правда, собственная апология галлюциногенов (кайфа по-нашему) у хиппи была куда искушеннее и изощреннее, а для экзотических параллелей уже имелся Кастанеда с пейотизмом, но своих встретить всегда приятно.

В-четвертых, стиль жизни в общинах растаманов был воплощенной идиллией хиппи. А в “молодежной расте” – и подавно. Вот как отозвался об общине-студии Боба Марли “Таф Гонг”, объединившей в одну семью музыкантов, их друзей, друзей друзей и просто заезжих тусовщиков, человек, который туда был вхож:”То, что происходило на улице Надежды, можно описать как недогматическую религиозную общину хиппи, с изобилием еды, “травки”, детишек, музыки и случайного секса”. Ну, а дальше – самое главное: “Растафари – это не дрэдлокс и не косяк марихуаны. Это образ жизни, не зависящий от липовых гражданских свобод. Вместо этого растафари предпочитают нечто не столь осязаемое и более значимое: истину и справедливость. Другими словами, жить в этом мире, будучи не от мира сего. “Музыка Марли, живая ли, в записи ли, пленяла слушателя и помогала ему поставить под сомнение свои традиционные ценности и заменить их реалиями песен Марли. Воздействие было завораживающим. Многие благоговели перед каждым его словом как наставлением по освобождению души”.

Первым из “великой тройки” Марли-Тош-Уэйлер ставший беззаветным растаманом, говорит:”Камень, которым пренебрегли строители, оказался краеугольным. вот это и сейчас происходит. На растамана смотрели свысока, а теперь – снизу вверх… Человек, живущий с цельной натурой растамана, – это жизненность (livety – неологизм растафари), это жизнь. не просто приспособление к жизни, а настоящая жизнь во всей полноте, как подобает человеку. Растаман первым в наше время стал на этот путь. То есть,он должен быть первым, для всех примером. Иначе он не растаман…Есть две формы бедности. Есть люди, бедные знанием Самого Возвышенного. Есть люди, бедные физически, материально. Человек, бедный материально, для меня благословен. Потому что материализм разрушает человека, это все тщеславие…Человек, материально богатый, вовсе не богат, если он не богат духовно. Он нищ и наг …

А вот сын Боба – Зигги Марли (группа, где играют три сына и дочь Марли – “Мэлоди Мэйкерз” – сейчас одна из самых ярких в мире группа рэгги):”Я полагаю, правящая всем миром система порочна, это дьявольская система, делающая людей Земли рабами своей экономики. Потому что они становятся рабами и устремляются к фальшивым целям, вместо того, чтобы стремиться к духовным целям и природе, они ставят перед собой материальные цели. А чтобы достичь материальных целей, вам нужны деньги и вы должны вкалывать, а там уже у вас пошли проблемы с оплатой счетов, и с кредитами, и с тем , и с другим. Вот так система и запрограммировала вас на страдания, замаскированные под повседневные жизненные заботы, и все это – лишь бы удержать людей под контролем. Потому что, если бы они были бы духовно свободными, тогда материальные вещи не значили бы столько”

http://rasta.of.by/fillrasta.php


Нет комментариев, но ты можешь быть первым

Получить комментарии в RSS

Оставьте комментарий